Капитуляция Запада: США навязали миру «воук-культуру», с которой он не смог справиться
Всё великое, что есть в западной цивилизации, подрывается прогрессивным политическим и культурным проектом, цель которого — отвергнуть и переписать нашу историю, поставить групповую идентичность выше индивидуальной и внедрить эту повестку в законы и институты. Издание National Post представляет серию публикаций «Капитуляция Запада» (The Western Surrender), в которой страны англосферы оцениваются по степени принятия этих идей. Пятое место в этом списке занимают Соединенные Штаты.Коттонвуд, Аризона — Термин «воук» (woke), в значении, близком к современному, появился столетие назад среди афроамериканцев для обозначения осознанности в вопросах расовых предрассудков. В последнее время он стал олицетворением современной идеологии прогрессивизма и политики идентичности, а затем в США быстро превратился в синоним леворадикальных перегибов. Длительный опыт столкновений вокруг вопросов идентичности и настойчивое стремление американцев относиться к людям как к индивидуумам, возможно, выработали у общества сильный иммунитет к этому токсичному политическому движению, порожденному самой страной. Хотя «воук-культура» изначально является американской инновацией и экспортным продуктом, сегодня это движение отступает почти во всех сферах американского общества.В 2023 году, когда слово «воук» уже стало спорным термином (означающим для его сторонников широкую повестку социальной справедливости, а для противников — тоталитарную идеологию, рассматривающую людей не как личностей, а как представителей определенных групп), Национальная ассоциация содействия прогрессу цветного населения (NAACP) выступила с протестом. В своей резолюции организация заявила: «Слова “Проснитесь” (Wake Up) и “Воук” (Woke) служили призывом к действию, как, например, в словах социального активиста Маркуса Гарви “Проснись, Эфиопия! Проснись, Африка”, и в заявлении темнокожих шахтеров в 1940 году, которые, борясь против дискриминации в оплате труда, провозгласили: “Мы спали. Но теперь мы будем оставаться ‘воук'”».Однако NAACP вела борьбу с уже уходящим трендом. Двумя годами ранее чернокожий лингвист из Колумбийского университета Джон Маквортер опубликовал книгу «Воук-расизм: как новая религия предала черную Америку». В ней он утверждал, что движение «воук» — это «религия во всем, кроме названия», которая иррационально преподносит расизм под видом антирасизма. По его словам, ее корни лежат в критической расовой теории, которая утверждает, что «все сводится к иерархии, власти и злоупотреблениям ими, и если вы не являетесь белым в Америке, то вы сродни пленному рабу-гребцу, закованному в цепи в трюме».Хелен Плакроуз и Джеймс Линдси высказали схожие мысли в своей книге 2020 года «Циничные теории: как академический активизм сделал всё зависимым от расы, гендера и идентичности — и почему это вредит всем». Они писали, что «воукизм» — это еще один термин для обозначения идеологии социальной справедливости, которая применяет неомарксистские фильтры к старым проблемам неравенства, создавая «новую религию». Эта система убеждений утверждает, что общество упрощенно делится на доминирующие и маргинализированные идентичности и опирается на невидимые системы превосходства белой расы, патриархата, гетеронормативности, циснормативности, эйблизма и фэтфобии.Необязательно глубоко разбираться в этих терминах, чтобы заметить, как данная идеология быстро деградирует в «соревнование обид», где раса, сексуальная ориентация и другие идентичности борются за статус жертвы. Она парадоксальным образом заявляет, что для борьбы с неравенством необходимо относиться к людям по-разному. Именно на этом строятся расовые преференции при найме на работу, а также практика дискриминации абитуриентов азиатского происхождения в американских университетах, которую Верховный суд США в 2023 году признал незаконной. Канадцам также знаком этот подход: он лежит в основе предписанного законом дифференцированного вынесения приговоров для преступников из числа коренных народов (First Nations), а в последнее время — и для чернокожих правонарушителей.Американцы всегда обсуждали свои различия и спорили о них. Рабство — это первородный грех Соединенных Штатов, и псевдонаучные оправдания этой практики веками подпитывали расовую и этническую несправедливость, от которой страдали в первую очередь чернокожие, а также коренные американцы, латиноамериканцы, азиаты, ирландцы, итальянцы, евреи и другие группы. О том, что отношение к расовому вопросу меняется, свидетельствует избрание Барака Обамы президентом США, а также избрание в Сенат чернокожего Тима Скотта от Южной Каролины — штата, который первым вышел из состава страны в 1861 году ради сохранения рабства. Времена меняются.Показательно, что по данным опроса Gallup в 2013 году, большинство как чернокожих, так и белых американцев (72% белых и 66% чернокожих) оценивали отношения между расами как «очень хорошие» или «в целом хорошие». В период расцвета «воук-культуры» эти показатели рухнули, достигнув минимума в 2021 году: 43% среди белых и 33% среди чернокожих. Сейчас, когда влияние идеологии идет на спад, доля тех, кто считает расовые отношения хорошими, снова растет, составляя 57% среди белых и 45% среди чернокожих.Американцы сталкивались с реальным расизмом — у многих есть родственники, все еще озвучивающие старомодные предрассудки, — но общество также стало свидетелем кардинальных улучшений. Поэтому заявления о том, что требовать от сотрудников приходить вовремя и опрятно одеваться — это «расизм» (как утверждалось в статье Stanford Social Innovation Review за 2019 год), звучат смехотворно и оскорбительно.У представителей сексуальных меньшинств есть свои причины сомневаться в том, стоит ли им участвовать в иерархии конкурирующих жертв. Движение за их права по-настоящему началось в 1969 году самым что ни на есть американским способом: через бунт против власти. В тот год посетители гей-бара Stonewall Inn в нью-йоркском районе Гринвич-Виллидж ответили на полицейский рейд, вышли на улицы и вступили в столкновения с полицией. Эта история никак не вписывается в пассивный нарратив об угнетении.С тех пор американское общество стало гораздо терпимее не только к гомосексуальности, но и к однополым бракам. По данным Gallup, эту практику поддерживают 68% американцев (для сравнения, в 1996 году их было всего 27%). И это логично, ведь представители этих групп сами проложили себе путь к уважительному отношению.В то же время безоговорочная поддержка движением за социальную справедливость «прав трансгендеров» столкнулась с широким сопротивлением. Вопреки недавней моде, Американская медицинская ассоциация (AMA) и Американское общество пластических хирургов (ASPS) заявляют, что операции по смене пола следует откладывать до достижения совершеннолетия. «ASPS рекомендует хирургам откладывать гендерно-обусловленные операции на груди, гениталиях и лице до достижения пациентом по крайней мере 19 лет», — говорится в заявлении, поддержанном AMA. Американцы с этим согласны. В неохотно опубликованном аналитическом отчете Демократической партии о поражениях на выборах 2024 года победная рекламная кампания Трампа, акцентирующая внимание на прежних высказываниях вице-президента о трансгендерах, была названа «очень эффективной», поскольку она подчеркнула ее собственные «воук»-комментарии по этому вопросу.Что касается более узких концепций, таких как «циснормативность» и «эйблизм», демократы в своем анализе пришли к аналогичному выводу: чтобы «наладить контакт с избирателями», кандидатам необходимо «меньше концентрироваться на абстрактных проблемах и политике идентичности».Это не значит, что в США решены все проблемы. Американское общество небезупречно, оно склонно к спорам и постоянным конфликтам. Однако американцы по своей природе индивидуалисты и не склонны объединять людей в группы по их идентичности.В своем классическом труде «Американское общество» социолог Робин М. Уильямс-младший писал, что американская культура «подчеркивает индивидуальность личности, а не групповую идентичность и коллективную ответственность». Он добавил, что «американский ‘индивидуализм’ в самом широком смысле заключается в неприятии государства и нетерпимости к ограничениям в экономической деятельности».Широкие культурные течения — это не приговор, но глубинный индивидуализм отталкивает американцев от того, чтобы воспринимать людей как представителей определенных категорий, а не как самостоятельных личностей, несущих ответственность за свои поступки. Жителям США не нравится, когда другие — особенно государственные чиновники — указывают им, что к соседям нужно относиться как к носителям назначенных идентичностей. В конечном счете, несмотря на сложное прошлое, это уводит общество от нетерпимости, основанной на принадлежности к группе, и стимулирует оценивать людей по их личным заслугам.Возможно, именно из-за этого индивидуализма попытки движения за социальную справедливость стереть «оскорбительные» памятники и географические названия быстро натолкнулись на сопротивление и в значительной степени сошли на нет. Большинство американцев воспринимают памятники как свидетельства прошлого, а не как выражение коллективной идентичности и вины. Даже в 2020 году, когда движение Black Lives Matter и «воукизм» были на пике, опрос Just News/Rasmussen показал, что «подавляющее большинство избирателей выступают против сноса памятников в честь Джорджа Вашингтона, Томаса Джефферсона и Авраама Линкольна», чего в тот момент активно добивались активисты. Опрос также зафиксировал равное разделение мнений по поводу памятников лидерам Конфедерации.Вряд ли в США произойдет возвращение памятников Конфедерации: многие из них были установлены спустя десятилетия после Гражданской войны в качестве публичного напоминания о так называемом «Проигранном деле» (Lost Cause), и у людей есть веские причины возмущаться тем, что на подобные сооружения тратятся их налоги. Однако саму идею переписывания истории поддерживают немногие.И большинство американцев отвергают попытки навязать им коллективную идентичность вместо чувства собственной индивидуальности.Еще в марте 2023 года социологи Ipsos выяснили, что большинство американцев (56%) вкладывали в слово «воук» его первоначальный смысл — «быть информированным, образованным и осведомленным о социальной несправедливости», в то время как 39% считали, что оно означает «быть чрезмерно политкорректным». Но даже тогда 40% респондентов считали этот термин оскорблением, и лишь 32% — комплиментом. После победы республиканцев на выборах 2024 года опрос YouGov показал: 57% американцев считают, что политкорректность и «воук-идеология» сыграли значительную роль в отказе избирателей от левого политического курса. Другое исследование той же компании, проведенное в ноябре 2024 года, показало, что хотя большинство респондентов знакомы с типичными терминами социальной справедливости вроде «белых привилегий», «системного расизма» и «патриархата», регулярно их употребляют 20% и менее опрошенных.«С 2014 по примерно 2023 год, с пиком в 2020-м, демократы находились под влиянием ‘воук’-идей, которые ставили во главу угла спорные культурные вопросы, такие как права трансгендеров и сокращение финансирования полиции», — написал в январе этого года прогрессивный политолог Шади Хамид в колонке для Washington Post. «Растущее число демократов и либералов признали, что, возможно, они зашли слишком далеко, оттолкнув многих американцев, которые в противном случае симпатизировали бы экономическому посланию Демократической партии, но не смогли смириться с экспансивной и агрессивной культурной повесткой».К сожалению, фанатизм не искоренен из американской жизни полностью, как не исчезли и его проявления в виде «воукизма». Некоторые профессиональные учебные заведения зациклены на внедрении идеологии социальной справедливости в свои программы. Так, юридическая школа Пенсильванского университета заявляет о намерении «нанимать, удерживать, обучать и проводить исследования в соответствии с антирасистскими принципами», которые определяются как «антирасистская критическая педагогика», а не простое неприятие расизма.Но этот подход уже плывет против течения. Американская ассоциация юристов (ABA) проголосовала за отмену стандарта аккредитации юридических школ, связанного с инклюзивностью, признав культурное и правовое противодействие этой политике. Теперь юридическая школа Пенсильванского университета, будучи государственным учреждением, подчиняющимся Первой поправке к Конституции США, столкнулась с федеральной жалобой на нарушение гражданских прав из-за навязывания идеологии.Американские университеты — это то место, где «воукизм» зародился благодаря применению критической теории к социальным отношениям, и граждане не в восторге от политизации высшего образования. В октябре прошлого года опрос Pew Research показал, что «семь из десяти американцев считают: система высшего образования в США в целом движется в неправильном направлении», при этом почти половина выразила обеспокоенность идеологическим конформизмом в кампусах.Еще одним оставшимся оплотом идей социальной справедливости является Калифорния, где политики продолжают продвигать идею выплаты «репараций» чернокожим жителям за несправедливость по отношению к прошлым поколениям. Но города Западного побережья, возможно, станут последними местами в стране, где к подобным инициативам относятся серьезно. Губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом, у которого есть президентские амбиции, балансирует на грани: на словах он поддерживает репарации, но при этом накладывает вето на связанные с ними законопроекты, требующие реальных бюджетных трат.Политолог Шади Хамид, возвещая об упадке «воук-культуры», назвал симпатии к Палестине и готовность обвинять единственное еврейское государство в геноциде новой лакмусовой бумажкой для левых. По его словам, это может означать, что «сам смысл слова “воук” изменился, превратившись из вопроса культуры в вопрос о том, должны ли Соединенные Штаты продолжать поддержку израильского правительства, которое сейчас обвиняется в тягчайшем из преступлений». Вполне возможно, что через несколько лет идеи «воук» станут не чем иным, как переименованным и лишь слегка завуалированным антисемитизмом.В марте прогрессивный писатель Майлз Кли отметил в журнале Wired, что разочарованные левые, ожидающие пришествия «Воук 2.0» (Woke 2), жаждут «радикального политического порядка, который пока недосягаем, но который превратит Америку в утопию с бесконечным множеством гендерных идентичностей, мощной системой социальной защиты, полным запретом искусственного интеллекта и судами в духе Нюрнбергского процесса над своими врагами».К сожалению, недовольные левые радикалы не ограничиваются лишь мечтами о перезагрузке «воукизма». Убийства Чарли Кирка и Брайана Томпсона, покушения на Дональда Трампа, убийства Ярон Лищински и Сары Линн Милгрим активистом движения «Свободная Палестина», поджоги электромобилей и автосалонов Tesla, а также другие преступления демонстрируют готовность слишком многих людей с подобными мотивами вносить свой вклад в эскалацию политического насилия в США.К счастью, американская культура удивительно устойчива к коллективистским идеологиям вроде «воук-культуры». Жаль только, что США выпустили это токсичное движение в мир, который оказался менее к нему невосприимчивым. Тем не менее, обществу следует быть готовым к тому, что разочарованные активисты и прочие коллективисты преподнесут в следующий раз.